Письма Е.В. Семеняко

Генеральному прокурору
Российской Федерации
Ю.Я. Чайке

Уважаемый Юрий Яковлевич!

17 мая 2011 г. в Астраханском областном суде в ходе судебного заседания под председательством судьи В., рассматривавшей уголовное дело в отношении Х. и других, были обнаружены записывающие устройства, прикрепленные скотчем к внутренней (невидимой) стороне скамеек под сиденьями 14 адвокатов-защитников.

Эти технические средства, используемые в уголовном процессе государственным обвинителем И., были установлены в указанных местах без ведома и согласия адвокатов и их доверителей.

Местонахождение записывающих устройств обеспечивало их скрытое  применение и негласное получение конфиденциальной информации, связанной с оказанием адвокатами юридической помощи своим доверителям, что является грубым нарушением гарантий независимости адвокатов, вмешательством в адвокатскую деятельность и препятствованием этой деятельности. Указанные деяния отнесены Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (ст. 8 и 18) к нарушениям профессиональных прав адвокатов и запрещены.

Кроме того, неконтролируемое применение записывающих устройств в целях негласного получения информации, по оценке Конституционного Суда Российской Федерации (постановление от 31 марта 2011 г. № 3-П), является вмешательством в личное пространство и личные интересы индивида и ведет к нарушению конституционных прав личности в сфере частной жизни. В данном случае нарушает право подсудимых на конфиденциальное общение со своими защитниками.

Указанные противоправные действия государственного обвинителя И. в судебном заседании не могут быть расценены иначе, как воспрепятствование осуществлению правосудия. Эти деяния, совершенные государственным обвинителем с использованием им своего служебного положения, подпадают под признаки преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 294 УК РФ.

Они дискредитируют правоохранительные органы и судебную систему, подрывают веру граждан в справедливость и личную безопасность.

С учетом вышеизложенных обстоятельств у Совета Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации вызывает недоумение оценка, которую дал поведению И. в суде заместитель прокурора в своем ответе руководству Адвокатской палаты Астраханской области (прилагается). В нем ситуация представлена как  невинная ошибка гособвинителя, обусловленная «не вполне корректной тактикой» применения звукозаписи в уголовном процессе.

По нашему мнению, подобная беспринципность и безответственность должностных лиц прокуратуры при осуществлении функции государственного обвинения в уголовном судопроизводстве не соответствует принципам отправления правосудия и обеспечению конституционных гарантий на судебную защиту прав и свобод граждан.

Совет обращается к Вам, уважаемый Юрий Яковлевич, с просьбой вмешаться в данную ситуацию и принять меры к обеспечению профессиональной независимости адвокатов, а также  ограждению граждан от произвола в суде со стороны недобросовестных представителей государственного обвинения.

С уважением,

Президент Федеральной палаты адвокатов
Российской Федерации
Е.В. Семеняко 

Председателю Верховного Суда
Российской Федерации
В.М. Лебедеву

Уважаемый Вячеслав Михайлович!

17 мая 2011 г. в Астраханском областном суде в ходе судебного заседания под председательством судьи В., рассматривавшей уголовное дело в отношении Х. и других, были обнаружены записывающие устройства, прикрепленные скотчем к внутренней (невидимой) стороне скамеек под сиденьями 14 адвокатов-защитников.

Эти технические средства, используемые в уголовном процессе государственным обвинителем И., были установлены в указанных местах без ведома и согласия адвокатов и их доверителей.

Местонахождение записывающих устройств обеспечивало их скрытое применение и негласное получение конфиденциальной информации, связанной с оказанием адвокатами юридической помощи своим доверителям, что является грубым нарушением гарантий независимости адвокатов, вмешательством в адвокатскую деятельность и препятствованием этой деятельности. Указанные деяния отнесены Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (ст. 8 и 18) к нарушениям профессиональных прав адвокатов и запрещены.

Кроме того, неконтролируемое применение записывающих устройств в целях негласного получения информации по оценке Конституционного Суда Российской Федерации (постановление от 31 марта 2011 г. № 3-П) является вмешательством в личное пространство и личные интересы индивида и ведет к нарушению конституционных прав личности в сфере частной жизни. В данном случае нарушает право подсудимых на конфиденциальное общение со своими защитниками.

Указанные противоправные действия государственного обвинителя И. в судебном заседании не могут быть расценены иначе, как воспрепятствование осуществлению правосудия. Они дискредитируют правоохранительные органы и судебную систему, подрывают веру граждан в справедливость и личную безопасность.

Мы не располагаем сведениями об осведомленности судьи в столь неординарном использовании государственным обвинителем записывающих устройств. Однако считаем, что в любом случае судья несет ответственность за поддержание правопорядка в зале судебного заседания при отправлении правосудия.

Этот возмутительный факт, выявленный в судебном заседании, ставит под сомнение легитимность судебных решений по данному делу и может рассматриваться в качестве основания для отвода судьи.
Сообщается в порядке информации.

С уважением,

Президент Федеральной палаты адвокатов
Российской Федерации
Е.В. Семеняко